pix
Украинская Православная Церковь
Киевская епархия

Архимандрит Варсонофий (Столяр): «Передача Верхней Лавры монастырю сегодня актуальна как никогда»

Из архива сайта "Україна Православна" 1 января 2007 

955-летие Киево-Печерской Лавры

На пятнадцатом году независимости Украины поднялась очередная волна обвинений церковнослужителей в пренебрежении к сохранности используемых общинами культовых сооружений.

В различных изданиях, как по команде, появились материалы, содержащие нападки на Украинскую Православную Церковь. В текстах различных заявлений утверждается, что «сегодня «Киево-Печерская Лавра оказалась под угрозой гибели из-за непродуманного использования их религиозными общинами, «священники и верующие которые часто не осознают исторического и творческого значения объектов, оказавшихся в их распоряжении». Подписанты заявления уверяют, что сегодня сохранность уникального достояния украинского народа можно обеспечить только при условии поддержки государственного, музейного статуса заповедника. Избегая политической составляющей, постоянно сопутствующей при освещении этой темы, Пресс-служба УПЦ обратилась к насельнику Свято-Успенской Киево – Печерской Лавры, архимандриту Варсонофию, чтобы узнать о действительном положении вещей в Киево-Печерской Лавре.

– Ваше Высокопреподобие, как Вам аргумент о том, что монахи разрушают Лавру?
– Хочу подчеркнуть, что на протяжении веков наряду со служением Богу братия монастыря постоянно занималась созидательным процессом – обустраиванием святого места. Прежде всего, благодаря трудам монахов Лавра приобрела статус всемирного духовного и культурного центра. Параллельно прилагались усилия и по поддержке уже созданного. А формулировка о том, что насельники «часто не осознают исторического и творческого значения объектов, оказавшихся в их распоряжении», как это сейчас можно услышать, вообще лишена логического смысла. Создается впечатление, что некто построил Лавру, а потом она каким-то образом оказалась в руках монахов. Видите, с какой легкостью удается перевернуть все с ног на голову! Именно монахи, священнослужители и церковные люди, основавшие и построившие Свято-Успенскую лавру, являются изначально ее подлинными хозяевами. Она не оказалась в их распоряжении, а была создана их руками и именно от того, что православные верующие осознанно и творчески отнеслись к богоугодному делу, древний Киев сегодня украшен такой сокровищницей мирового храмостроительства, каким является лаврский монастырь.

– Что Вы можете сказать о нынешнем состоянии монастыря?
– По благословению наместника монастыря архиепископа Павла, мне приходится заниматься восстановительными работами на территории монастыря. Возвращаясь в прошлое, хочется напомнить, что 15 февраля 1961 года был издан «хрущевский» указ о закрытии действующего мужского Лаврского монастыря из-за необходимости проведения противооползневых мероприятий. За этой красивой формулировкой скрывалось лишь одно намерение советских властей – уничтожить монастырь. Хотя для общественности все выглядело как забота партии и правительства о жизни монахов, мол, их жизнь в Лавре стала небезопасной, поэтому монастырь необходимо закрыть! После восстановительных работ жизнь в монастыре якобы опять возобновится. По воспоминаниям архимандрита Аврамия, для создания видимости восстановительных работ в Лавру был завезен строительный инвентарь и материалы. На самом деле это были предварительные работы по размещению в лаврских помещениях различных организаций. Так оно и случилось после административного указания братии оставить лавру. Территория монастыря была наводнена различными хозяйственными организациями городского и республиканского значения. За долгие годы эксплуатации лаврского архитектурного ансамбля делался некоторый косметический ремонт зданий, и то избирательно. Склады, автопарки и многочисленные слесарные мастерские, а также управленческие конторы, разместившиеся в церковных помещениях, не нуждались, по мнению их хозяев, в ремонте. Не удивительно, что когда в 1988 году в монастыре затеплилась лампадка монашеской жизни, насельники оказались перед лицом тотальной разрухи почти всех церквей и лаврских строений.
Силами исключительно монастыря, при отсутствии налаженного быта монахи начали поднимать не только духовное значение святыни и восстанавливать храмы в душах людей, но и заниматься восстановлением собственно храмов. Своими усилиями они старались придать Свято-Успенской Лавре — жемчужине православной духовности и архитектуры – тот вид и блеск, который она имела до закрытия в 1918-1919 гг.
В 1988 году монастырю была передана сначала территория Дальних пещер, в том числе храм Рождества Божией Матери, затем Ближних пещер с прилегающими постройками. Реставрационные и восстановительные работы начались в первую очередь с церкви Рождества Божией Матери, которая сейчас является храмом Духовной Академии и Семинарии. На Ближних пещерах в 1995 году был выполнен капитальный ремонт Крестовоздвиженского храма, восстановлен и позолочен иконостас, были проведены объемные работы по восстановлению настенной и купольной живописи. В 2001 году был завершен капитальный ремонт храма Живоностный источник. Ныне заканчивается реставрация росписей Аннозачатьевского храма, весь комплекс работ планируется завершить к Пасхальным праздникам. В самих пещерах как Дальних, так и Ближних было проведено много работ, и прежде всего, обновлено облачение для мощей, отремонтированы и отреставрированы ракки, а во многих местах и вовсе заменены на новые. Много внимания и трудов ушло на восстановление храмов в пещерах. В общей сложности в шести храмах были восстановлены престолы и иконостасы. После храмов восстанавливались братские корпуса и другие постройки. Так капитальные ремонты были проведены в корпусе №42 (1999г.), корпус №50 (2002г.), корпус №51 и №52 (2000г.), корпус №53 (2001г.), корпус №43 (2004г.) и много других строениях. Корпус №49, где расположена Киевская Митрополия, полностью отреставрирован в 2001 году. Восстановление этого корпуса имело особый характер. Ведь известно, что здание Киевской Митрополии, находившееся в центре Киева на Пушкинской 36, было захвачено при содействии властей анафематствованным М. Денисенко (Филаретом) в 1992 году. Вопрос возвращения этого здания УПЦ до сих пор не решен. Благодаря стараниям монастырской братии Киевская Митрополия находится в одном из восстановленных ними лаврских помещений. Сейчас в этом здании проводятся приемы представителей Братских Поместных Церквей и другие официальные мероприятия.
Кроме этого надо напомнить о восстановлении защитной лаврской стены, охватывающей всю территорию монастыря. Это ремонт нескольких километров кирпичной кладки с одновременным восстановлением, а во многих местах полного обновления стенных опор.
Есть работы, которые не видны, но они особо объемные и дорогостоящие. К примеру, дренажные, канализационные, кабельные; словом все, что связано с проведением земляных работ. Как раз дренажные работы планировалось провести еще в 1961 году, и по иронии судьбы только сейчас, по истечении почти пятидесяти лет мы своими силами приступили к глобальному проведению противооползневых мероприятий. Эти работы требуют забуривания свай в землю на глубину десяти, пятнадцати метров, чтобы укрепить и удерживать грунт. Работы ведутся возле 42 корпуса и чуть выше 57 корпуса. Ранее проведены гидроизоляционные работы и восстановление дебоскета идущего вдоль Живоностного источника.

– Вы рассказали о том, что сделано. А какие работы проводятся сейчас и что планируется?
– Братия монастыря обращает свои усилия на поддержание, прежде всего пещер, в надлежащем состоянии. Хочется напомнить, что обвалы случались во все времена их существования, особенно в XVI-XVII ст. Летом 2005 года произошел внутренний сдвиг грунта именно на старом месте, где прежде уже случался обвал. В древности, восстанавливая пещеры, землю не выносили на поверхность, а делали новые проходы в «обвальных» местах, уплотняя ее по сторонам. Таким образом, быстро восстанавливался пещерный ход. Не везде такие заделы оборудовались дополнительным крепежом. Именно в таком месте да еще усугубленном примыкающим и не до конца изведанным ходом произошел прошлогодний обвал. В настоящий момент создана комиссия из монастырских археологов, к которой будут подключены специалисты из института Археологии и вскоре начнутся исследования примыкающего хода, ведущего или в дом наместника или в 43 корпус. Лишь досконально изучив ситуацию можно дать рекомендации по предотвращению обвала. Вообще, драматизировать ситуацию не стоит. Если монахи смогли создать пещеры то, несомненно, они смогут наилучшим образом их поддерживать в надлежащем состоянии. Надо сказать, что сдвиги грунта и оползни являются общей хронической проблемой всего Печерского склона – от Мариинского дворца до музея Великой Отечественной Войны. Во многих местах, предупреждая оползни, строители прибегают к укреплению склонов – возле Верховной Рады и в других местах. Природа днепровских холмов – вот настоящая причина происходящих обвалов, а не деятельность монахов. Днепропетровский институт, занимаясь исследованием ландшафта, проводил космические съемки в инфракрасном спектре, и на снимках видны сколы земляных пластов как раз находящиеся над пещерами, что создает условия для неустойчивости грунта. В силу неразвитой дренажной и канализационной систем, вода, стекающая из Верхней лавры, из музея заповедника способствует образованию плавунов и сдвигу глиняных пластов в которых прорыты пещеры. А братию монастыря обвиняют в том, что ими производился полив фруктового сада, и это стало причиной обвала – смешно. Этой проблемой необходимо заниматься сообща и государству, и Киево-Печерскому музею-заповеднику и прежде всего монастырю потому, что это относится к находящимся в пещерах православным святыням. Как раз сейчас в лавре проводятся широкие противоаварийные мероприятия, в первую очередь по укреплению пещер. Обвалившийся в пещерах свод расчищен и забетонирован и вскоре начнется засыпка землей. Будет оставлен люк шириной около 70 сантиметров специально для того, что бы была возможность проводить исследовательские работы. В рамках противоаварийных работ производится замена теплотрассы, канализации и водопроводной сети. Эти коммуникации создавались в 60-х годах и как показали работы, на сегодняшний день почти все находятся в выработанном состоянии.

– Что препятствует полномасштабному восстановлению Лавры?
– Монастырь разрастается и это естественно, но, начиная с 1995 года корпуса монастырю не передавались, хотя музеем они не использовались и подвергались многолетнему разрушению. Речь идет о территории Гостинного двора. Эта проблема остается и на сегоднешний день. Еще в 2002 – 2003 годах были проведены заседания межведомственных комиссий по достижению согласия в разделе хотя бы территории на две части – верхнюю оставить за заповедником а всю нижнюю передать монастырю. До сих пор нас не слышат и, более того, делаются шаги, чтобы любыми способами препятствовать пусть и постепенной, но все же реальной передаче лаврских строений монастырю. Лишь недавно, в сентябре 2006 года, и то по линии Киевсовета, монастырю были переданы три корпуса — №54, №55 и №58. Решение о передаче подписал мэр Киева Л.Черновецкий. Это жизненно важное для монастыря событие породило целую волну активного сопротивления всего штата сотрудников Киево-Печерского заповедника. На имя столичного мэра было направлено “Коллективное обращение…”, в самом названии которого действия мэрии были квалифицированы как “необоснованными решениями”. Вслушайтесь еще в одну формулировку этого документа, — «Заповедник не давал согласия на передачу корпусов, так как в них размещено одиннадцать отделов…». Более того, директор заповедника С. Кролевец, подал протест в Прокуратуру, намереваясь приостановить процесс возвращения Церкви ее собственности. Спрашивается, а давали ли монахи разрешение на превращение зданий их обители в инженерные конторы и экскурсионные бюро?
Музею выгодно сдавать в аренду удерживаемые им помещения, что давно делается и не только в указанных корпусах. Такая практика постигла почти половину зданий Верхней Лавры. Всем помнится скандал, когда пару лет назад в 68 корпусе была обнаружена подпольная ювелирная мастерская, в которой изготовлялись «под старину» фальшивые монеты, кресты, награды древностей и церковная утварь. Не эту ли «историко-культурную» работу отстаивает дирекция заповедника? Даже если сейчас добиться передачи зданий, то на оформление документов на их ремонт уйдет примерно год и, естественно, корпуса в этот период ремонтироваться не будут. Столь длительный простой памятников архитектуры будет, несомненно, подвергать их разрушению. Это ведь не гражданские долгострои…
Двуликая позиция заповедника и капитализация сознания чиновников от культуры являются основным препятствием для развития монастыря.

– По-видимому, передача Верхней Лавры монастырю сегодня актуальна как никогда?
– Это единственный и лучший выход из положения, но в данное время это вряд ли возможно. Хотя мы уже несколько раз обращались о передаче хотя бы храмов. К примеру, статус Успенского собора не определен. Считается, что его восстановление еще не закончено, поэтому он не сдан строителями, а заповедник по этой причине не принял его на свой баланс. Совершенно искусственная и очень серьезная проблема. У главного лаврского храма нет хозяина, его никто не обслуживает, отсутствует отопление, вентиляция, озвучивание и т.д. При этом, несмотря на просьбы Церкви, Собор передавать не хотят, хотя ясно, что все недоделки были бы быстро завершены силами действующего монастыря. То же самое можно сказать о Трапезной церкви, о Троицкой надвратной церкви о Благовещенском храме и других. Каждый раз, когда возникает необходимость в проведении богослужений, нам приходиться в письменном виде писать просительные письма, — разрешите отслужить Всенощную, Литургию, Акафист… И это происходит в стране, в которой на высшем государственном уровне любят говорить о возрождении духовности и воссоздании исторической народной памяти в умах подрастающего поколения. Восстановить христианскую мораль пытаются не с помощью носителя этих ценностей – Церкви, а за счет Церкви, каким-то обходным путем. И в результате в лаврские здания продолжают разрушаться. Кроме храмов уместно поставить вопрос о передаче монастырю Митрополичьих покоев, дома наместника. Мы не склонны конфликтовать с заповедником, речь идет о том, чтобы освободить хотя бы те помещения, которые используются музеем не по назначению. Необходимо освободить лаврские здания от арендаторов, которые с таким же успехом могут арендовать помещения в других местах города. Один лишь институт культуры занимает одиннадцать корпусов общей площадью приблизительно около 8 000 тысяч кв. метров. И таких организаций множество. Соседство некоторых из них до неприличия противоречит уставу строгой монастырской жизни. Во время церковных праздников и других событий в светских организациях обычный рабочий день, и часто бывает, что занятия акробатикой, развлекательные песни и просто шумная суета одновременно соседствуют с церковными службами. Мы надеемся, что по завершении восстановительных работ зданий арсенального комплекса туда можно будет перевести службы и экспозиции музея заповедника с тем, что бы в конечном итоге строения Киево-Печерской Лавры перешили в пользование своему историческому владельцу – мужскому монастырю.

– Ваше Высокопреподобие, вы рассказали о трудах, которые несет братия монастыря и Вы лично по возрождению Лавры. А какие духовных стези привели Вас в святую обитель?
– В моей семье все были верующие. Бабушка и родители посещали храм и были глубоко воцерковленными людьми. Это относится и ко всем моим родственникам. С детства, находясь в православном окружении, я впитал элемент православной религиозности и культуры, познакомился с мистической силой Литургии и красотой церковных песнопений. Школьные годы прошли, как и у всех моих сверстников – быстро и интересно, но по-видимому с той лишь разницей, что на протяжении учебы Молитвослов и Евангелие были моими главными учебниками в деле духовного самообразования. Получая среднее специальное образование в одном из техникумов Одессы, я организовал свой распорядок так, чтобы чаще посещать Успенский мужской монастырь. В этой обители были организованы воскресные школы, которые вели монахи монастыря. До сих пор ясно припоминаю атмосферу искренней и простой беседы о фундаментальных христианских ценностях – вере, любви и надежде. Вскоре я имел духовного наставника архимандрита Алексия. По окончании техникума пришло время идти в армию. Этот период непосредственного соприкосновения с жизнью вселил в меня твердую уверенность в получении духовного образования и самое главное – уже на первом году воинской службы я не расставался с мыслю о принятии монашеского пострига. Во время ношения военной формы, подчиняясь воинскому уставу, каждый прожитый день проходил сообразно предписаниям Православной Церкви, и в моей душе всегда было место Богу. Со мной всегда пребывала духовная литература. Особенную поддержку я черпал из брошюры о старце Силуане, текст которой выучил почти наизусть.
Жить по-другому я уже не мог. После демобилизации, а это был июнь 1993 года, я сразу подал документы, успешно сдал экзамены и был принят на учебу в Киевскую духовную семинарию. Любимыми предметами были Библейская история Ветхого и Нового Завета и Литургика. Ведь в Православном богослужении, во всех его частях очень ярко в символическом смысле отражено Святое Писание. По окончании семинарии сразу поступил в Духовную академию.
Пребывая все время в Свято-Успенской Киево-Печерской Лавре, на территории которой находятся Киевские духовные школы, сблизился с монахами обители, среди которых особенное духовное влияние на меня оказал архимандрит Аврамий, мой духовник. На втором курсе Духовной академии отец Аврамий благословил мне в 1998 году писать прошение наместнику Свято-Успенской Киево-Печерской лавры о принятии меня в монастырь. Так милостью Божией я стал монахом этой святой обители.

– Что бы Вы, Ваше Высокопреподобие, пожелали верным нашей Церкви в канун Нового года и Рождества Христова?
– Прошел еще один год нашей земной жизни, никто из нас не знает, сколько ему еще жить. Поэтому, дорогие братья и сестры, в канун Нового года и Рождества Христова, которое уже более двух тысяч лет свидетельствует о торжестве христианства, я пожелаю всем нам дорожить бесценным временем, в Новом году совершать побольше добрых дел, чем в прошедшем. Желая всем счастья, напомню, что истинное счастье может быть уделом лишь истинных христиан – людей с чистой и спокойной совестью. Ведь если не спокойно на душе, то разве может быть все остальное – счастьем?

 

Беседовал Александр Данилевский

Фото автора